— Да, это вам не в Афгане воевать! — согласился Александр Илларионович Марков.

В этот день 'эфир' они, конечно, пропустили. 'Газель' у них была спрятана в двух кварталах отсюда в школьном гараже, но добраться до него не было никакой возможности. Поэтому на спутник вышли только по каналу П3, и Костя в течение двух секунд отослал весь материал и даже не стал, как обычно передавать приветы родным, потому что Марков накануне предупредил:

— Я смотрю, вы так вольготно обращаетесь со связью, будто не знаете об 'аваксах'.

— Каких 'аваксах'? — удивился Костя. — Так, говорят, один сбили над Азовьем? А второй — в районе Феодосии?

— То турецкие. Старые, дерьмовые. А если за вас примутся америкосы, то мало не покажется. Наведут на нас какие-нибудь F-15. Ракет-то у нас теперь нет, ни С-200, ни С-125. Пульнут каким-нибудь 'шрайком' по лучу за сто километров, и получится, как у Дудаева, мама не горюй. И вообще, старайся меньше включать компьютер, а то у нас все они полетели после одной-единственной электромагнитной бомбы.

— Ну да. Я и не подумал, — почесал затылок Костя. — Почти, как в Югославии.

— Почему почти? — удивился Марков, смешно выпучивая глаза. — Один и тот же, точь-в-точь. Прессу читать надо! — и засмеялся, обнажая крепкие белые зубы.

— Прессу, конечно… — вконец смутился Костя.

С тех пор он готовил репортажи заранее: кодировал их, сжимал и выплевывал дважды в день на спутник, причем, в разных местах. Для этого им приходилось долго лазать по развалинам. Игорь Божко, который их охранял, зевал, почесывался, и вообще, делал вид, что ему смертельно надоела такая работа и что если бы не категоричный приказ Маркова, он бы давно сбежал выискивать какие-нибудь приключения типа: поймать какого-нибудь наемника или найти жратву, с которой была постоянная напряженка.